GEO | ARM | ENG | RUS

 

Наши Художники

Мартирос Сарьян 
(1880 - 1972)

один из великих художников ХХ века, выдающийся мастер цвета. «Цвет - это истинное чудо! - восклицал художник. - В сочетании с солнечным светом он создаёт внутреннее содержание формы, выражает суть вселенского бытия».

Для армянского изобразительного искусства самой крупной фигурой такого рода был Мартирос Сарьян, и эволюция его творчества представляется поэтому наиболее поучительной.

Ключом к живописному методу Сарьяна всегда был принцип обобщения, понятого в самых разных смыслах: от темы и настроения до пятна и штриха.

Полотна Сарьяна, написанные яркими, насыщенными красками, развивают новое эстетическое восприятие, давая возможность понять, что искусство не есть лишь имитация реальности: оно требует свободы воображения и абстрагирования. В то же время художник сохраняет в своих произведениях простые природные формы. Мартирос Сарьян всегда считал природу своим главным учителем.

Сарьян первой половины 1910-х годов – смелый новатор мастерски соединивший живописные традиции Востока с новыми достижениями европейского искусства ХХ века. Художник получил признание в России. Его картины были приобретены Третьяковской галереей, некоторые экспонированы в Европе.

Много позже, уже в конце 1950-х-начале 1960-х годов он вспоминается следующим поколением художников и используется как образец, а заключенные в нем приемы обобщения пейзажа Армении

В 1920-е и 1930-е годы Мартирос Сарьян сохраняет интерес ко всем ведущим жанрам, в которых работал и прежде: пейзаж, портрет и натюрморт занимают его в равной мере. Меняется, правда, их взаимодействие, они предстают в иных комбинациях и сочетаниях, но главное, что отличает все полотна - стремление к точности. Извлечение некоего общего закона из конкретных образов природы, предметов, человеческих лиц, которым был силен Сарьян раньше, уступает место острому интересу к характерному, индивидуальному. Не цветы, фрукты, горы и люди, но эти цветы, эти горы и этот человек находятся сейчас в центре интересов художника.
Новое мироощущение вызывает перемены в изобразительной системе: этюд с натуры, конкретный вид, мельчайшие черты внешности модели, состояние расставленных перед мольбертом объектов пристально изучаются и фиксируются. Выявляется нереализованная до этого способность художника видеть неповторимо индивидуальное во всем, это меняет рисунок, в меньшей степени - палитру; фактура следует порывистым движениям руки художника, и цель достигается: медленные, «вечные» ритмы заменяются учащенным биением пульса. Программными для каждого этапа развития можно считать автопортреты Сарьяна - от подчеркнуто растворенного в окружении облика юноши - к мечтателю с маской , от него - к человеку с поднятой для удара кистью, а от этого (40-е гг.) - к большому автопортрету «Три возраста» -был пройден длинный путь.

 

 

                                                            

 

АЙВАЗОВСКИЙ ИВАН КОНСТАНТИНОВИЧ                                    (1817-1900)

Родился в Феодосии 17 (29) июля 1817 в семье армянского предпринимателя. Учился в петербургской Академии художеств у М.Н.Воробьева (1833-1839). В качестве "пенсионера" Академии работал в Крыму (1838-1840), Италии (1840-1844), посетил также Францию, Англию и ряд других стран. Любил путешествовать и позднее — по России, Европе, Средиземноморью, — но с 1845 работал преимущественно в родном городе. Испытал особое влияние французской марины (морского пейзажа) барокко-классицизма (К.Лоррен и К.Верне).

Избавляясь от слишком плотной манеры письма и слишком резких контрастов классицистической "кулисной" композиции, Айвазовский со временем добивается подлинной живописной свободы. Бравурно-катастрофическийДевятый вал (1850, Русский музей, Петербург), где достигнуто впечатление "безбрежного" морского пространства, может служить итогом его раннего периода. Обеспечив живописный эффект, Айвазовский, будучи к тому же мастером необычайно плодовитым (написавшим более 6000 картин), часто превращал его в своеобразный фирменный стереотип. Но в самых хрестоматийных и по праву особо популярных своих картинах (таких, как Черное море, 1881, Третьяковская галерея) он демонстрирует главный свой дар: умение показать пронизанную светом, вечно подвижную водную стихию.

Живописец Главного морского штаба (с 1844), Айвазовский принимает участие в ряде военных кампаний (в том числе в Крымской войне 1853-1856), создав немало патетических батальных полотен (Чесменский бой, 1848, Феодосийская картинная галерея). Хотя он исполнил немало "чисто земных" пейзажей, среди которых выделяются украинские и кавказские виды (1850-1860-е годы), именно море обычно предстает у него универсальной основой природы и истории, в особенности в сюжетах с сотворением мира и потопом; впрочем, образы религиозной, библейской или евангельской, иконографии, равно как и античной мифологии, нельзя причислить к самым большим его удачам. Целый ряд картин Айвазовский посвятил древней и новой армянской истории (Посещение Дж.Г.Байроном монастыря мхитаристов близ Венеции, 1880, Картинная галерея Армении, Ереван).

 

Геворк Башинджагян

(1857 - 1925)

 

Георг (Геворк) Башинджагян родился 16 сентября 1857 года в Сигнахи, маленьком уездном городке Восточной Грузии. Четкий и тонкий силуэт родного городка сохранился и в рисунках Башинджагяна. Мальчик рос в семье, принадлежавшей к тому кругу армянского трудового люда середины XIX века, из которого вырастала в те годы интеллигенция первого поколения и, вырастая, не порывала глубинных связей с укладом жизни, обычаями, мироощущением своего народа. Таков был и отец Геворка, Захарий Башинджагян. Общительный и способный человек, свободно владевший, кроме армянского, еще и русским, грузинским и персидским языками, он состоял проводником и переводчиком при небольших торговых миссиях и караванах, следовавших из Грузии через Армению далее на юг, в Персию. Мать художника, Гаянэ Кулиджанова, учила сигнахских детей грамоте. 
Из последнего путешествия в Персию в 1872 году отец не вернулся, и лишь много позже земляки донесли до Сигнахи весть о его смерти. Геворк, в то время ученик уездного училища, подростком оставшись старшим в осиротевшей многодетной семье, вынужден был, помогая матери, искать средства к существованию.
Рано проявившееся увлечение, а еще более благоприятное стечение обстоятельств помогли подростку из уездного городка двинуться в Тифлис и поступить в школу рисования при «Кавказском художественном обществе».
В первые же годы новой тифлисской жизни юный Геворк получает и первые художественные впечатления. В Тифлисе еще живы отзвуки нашумевшей выставки И. Айвазовского 1868 года, тем более что часть картин прославленный маринист оставляет для обозрения в Кавказском музее, в дар городу. Эти пейзажи — «Вид Петербурга» и «Аул Гуниб» — «стали моим первым сильнейшим эстетическим переживанием», — вспомнит Башинджагян много лет спустя в своей «Автобиографии». Расцвет творчества первого армянского портретиста Акопа Овнатаняна также происходит в Тифлисе, в середине века. Его изысканные и строгие портреты Геворк «мог видеть в некоторых тифлисских домах», так же как и картины городской жизни другого художника, портретиста и жанриста, Степано-са Нерсисяна. Отметим это осторожное, корректное «мог видеть» в суждениях современного историка искусства, автора монографии о Г. Башинджагяне: действительно, доступ в богатые дома тифлисских армян был не так прост для сигнахского юноши, а общедоступных картинных галерей или хотя бы выставочных салонов и залов тогда в Тифлисе еще не существовало. Успехи в школе рисования и полученное свидетельство о том, что он «подает несомненные надежды к дальнейшему усовершенствованию и продолжению курса в Академии», дали возможность рискнуть, и в 1878 году Башинджагян отправляется в далекий Петербург попытать счастья. Для вступительных экзаменов Геворк повез с собой несколько работ. 
Успешно сдав трудные вступительные экзамены, Башинджагян осенью 1879 года вступает в стены петербургской Академии художеств. Огромное, торжественное здание на Кадетской набережной, во всем своем великолепии, известное юноше по петербургским видовым открыткам, на три с половиной года становится для него домом ежедневной штудийной работы. Впрочем, дом этот не всегда дарил отеческим теплом: в 1882 году, не имея возможности проживать в Петербурге «на 8 р. ежемесячной стипендии, которой едва и на кусок хлеба хватало», Башинджагяй переходит на положение вольнослушателя, надеясь продажей своих картин расплатиться с Академией за право занятий. Его учителем был М. К. Клодт. Художник -— академической школы и человек демократических убеждений, он в конце 1860-х годов выступил одним из организаторов То-варищества передвижников. Сам отличный рисовальщик, Клодт требовал от учеников точной и тщательной проработки рисунка, не прощая небрежности взгляда и руки. И вместе с тем он поощрял этюдную работу, но именно работу, считая, что этюд должен быть едва ли не столь же значительным плодом труда художника, как и картина. 

Весной 1883 года Геворк Башинджагян, «послав последний привет Петербургу, полный радужных ожиданий и надежд», возвращается в Сигнахи. Но возвращение оказалось безрадостным. «Родителей моих уже не было в живых, родного дома я лишился, и места своего под солнцем у меня не было, — писал он. — И только любовь к родине оставалась во мне неистребимой» . Летом и ранней осенью 1883 года художник отправляется в давно задуманное большое путешествие по Кавказу: через Семеновский перевал он проезжает по головокружительной и в то время малодоступной дороге, через дилижанские ущелья — к Севану, а оттуда — в сторону Эривани, Аштарака и Вагаршапата (нынешний Эчмиадзин), и далее — в направлении юго-западных земель Армении.
Вернувшись из путешествия по Армении, он, не задерживаясь в Тифлисе, начинает поход по тем областям Грузии, которые до тех пор были ему менее знакомы. Величественная природа Кавказа открывается ему во множестве своих граней. Собранные натурные впечатления тех лет огромны. Рабочие альбомы художника полны зарисовками видов Армении, Грузии, Северного Кавказа. Вскоре они проступят на его полотнах огромными «окнами в природу». В свободной воздушной перспективе, в тонкой, мягко нюансированной гамме красок вплывут очертания просторов Алазани, зеленых контуров Цхинвали и Кахетии, холмов го-рийского плато, Абастуманской дороги -с ее солнечными бликами, и дилижан-ской — с ее хвойной свежестью и сырыми туманами, и бело-розовой шапкой Эльбруса, и когда-то, в самый счастливый день увиденным снежным двуглавием Арарата... Они утвердятся и множественностью любимого мотива: разными ликами и ракурсами Севанского озера с удивительным, одиноким островом-отшельником в беспрестанной световой переменчивости — от прозрачно-опаловой до густо-кобальтовой. Осенью 1883 года молодой художник на свой страх и риск, не имея никакой общественной поддержки, открывает в Тифлисе свою первую выставку и показывает на ней шестнадцать пейзажей Кавказа.

Осенью 1901 года художник возвращается на родину, и с этого времени навсегда, до конца своей жизни, обосновывается в Тиф лисе. Он ведет активную творческую и об щественную деятельность. В 1902— 1910-х годах вместе с Ф. Терлемезяном, М. Тоидзе, Ал. Мревлишвили, Е. Татевося-ном участвует в больших выставках в Баку и Тифлисе, а также в 1910 году в Лондоне, с 1895 по 1916 год в Петербурге. Разносторонность творческих интересов проявляется и в увлечении литературой: в Петербурге выходят два сборника его рассказов и путевых очерков «Из жизни художника. Воспоминания» (1903) и «Эскизы» (1913).

Свои лучшие полотна, отмеченные печатью уже сложившейся концепции творчества концепции целостного пейзажа-картины, Башинджагян создает в период 1890— 1915 годов, в двадцатипятилетие станов ления, расцвета, зрелости. К этому периоду относятся и небольшой шедевр «Ранняя весна» («Оттепель на Кавказе») (1890), «Севан в летний день» (1903), и «Ночной Севан» («Облака») 1894 года, и мону ментальный «Арарат со вспаханным по лем» (1912), венчающий обширный цикл картин любимой пейзажной темы. Полотна этих лет представляют собой сюи ту крупных ландшафтных мотивов.
Превосходно зная грузинскую литератур ную классику, переводил на армянский язык стихи Акакия Церетели. Владея тре мя кавказскими языками, увлекался поэ зией ашугов и в свое время отдал много сил для увековечения славы великого поэта трех народов Закавказья — Саят-Новы.

С установлением Советской власти в Ар мении Башинджагян принимает деятель-ное участие в работе художественной сек ции Дома армянского искусства («Айар тун») в Тбилиси; участвует в выставках «Союза армянских деятелей искусства», состоявшихся в 1921 году в Тбилиси и Ере ване. Участвует и в Первой весенней вы ставке Общества работников изобразитель ных искусств Армении, организованной в 1924 году в Ереване. В феврале 1925 года он был избран почетным членом Союза ра ботников искусств Грузинской ССР. Художник-демократ, он был открыт на встречу новой жизни. Своих старших сы новей он послал учиться в Петроград; впо следствии их участие в революционных со-1 бытиях в Закавказье, а в будущем вклад в советскую науку были весьма значи тельны.
Скончался художник 4 октября 1925 года и похоронен согласно его воле, в Тбилиси, рядом с могилой Саят-Новы.

 

 

Главная Страница | Геноцид Армян | Полезная Информация | Форум | Галерея | События | Контакт

© Все права защищены